Я – твой должник  - Софи Кинселла

– Ладно, – собравшись с духом, говорит она. – Обсуждали, как обрезание влияет на секс. А я через весь стол и говорю Тиму: «Ну, малыш, ты же не обрезанный? Разве ты от этого менее чувствителен?»

– Ну и что? – Я озадачена. – Согласна, не очень скромно…

– Ты не понимаешь! – Ханна отчаянно мотает головой. – Он на меня посмотрел каким-то жутким пустым взглядом и говорит: «Ханна, но я же обрезанный!»

– О господи! – Я зажимаю рот рукой. – Что, правда?!

– Да! И всегда обрезанный был! Не представляю, что на меня накатило! Мозги переклинило.

– Вот черт!

Только не смеяться. Нельзя!

– Так неловко! – Лицо Ханны болезненно кривится. – Все за столом это слышали. Тут же началось: «Как это ты не знала, что у тебя муж обрезанный? Ты что, не заметила?» Весь вечер над нами прикалывались. А Тим… – На несколько мгновений она умолкает. – Он очень плохо это перенес.

– Надо полагать! – Я беру себя в руки.

– Сама знаю. Конечно, ему следовало бы промолчать. Никто же не мог этого знать. Я ему потом сказала: зачем ты вообще рот открывал? Не помогло.

– Конечно… – Я с трудом собираюсь с мыслями. – Надо же.

– Как меня угораздило пенис собственного мужа забыть? – вопит Ханна. – Его пенис!

– Послушай… – Я вглядываюсь в ее страдальческое лицо. – Не пойми неправильно, только не может быть так, что ты уже беременна? Вдруг у тебя гормональный сбой или еще что-то такое?

– Ничего я не беременна, если у меня и есть сбой, то только из-за попыток забеременеть! – взрывается Ханна. – У меня крыша едет! Как это у других получается?

– Понятия не имею, – признаюсь я. – Слушай, выкинь это из головы. Утрясется. Вы с Тимом ребята крепкие.

– Да. – Кажется, Ханна немного успокаивается. – Может быть. Ладно, хватит обо мне, в конце концов, это у вас сегодня вечеринка. Отлично выглядит!

И она кивает на дверь.

Весь магазин оформлен для праздника. Джейк сегодня закрылся пораньше и привел целую бригаду. Половину товаров убрали с глаз долой, унесли стенды, притащили осветительную аппаратуру и стойку для напитков. Диджей настраивает динамики и возится с ноутбуком. Повсюду развешаны постеры с Николь крупным планом и подписью: «Знакомьтесь: лицо «Фаррз»!»

Положа руку на сердце, да, выглядит классно. Только на магазин не похоже. Тем более на наш.

– Так кто сегодня будет? – спрашивает Ханна.

– Это к Джейку, – развожу я руками. – Говорит, составил тщательно выверенный список.

– Ах, выверенный, – тянет Ханна, и мы обмениваемся сардоническими взглядами.

Ханна – единственная, при ком можно не стоять горой за свою семью. Возможно, потому, что она сама для нас как член семьи. И она знает, что я думаю о Джейке. И его закидонах.

– Он прошелся по списку наших покупателей, – понизив голос, рассказываю я. – И выбрал тех, у кого престижный почтовый индекс.

– Престижный индекс?! – эхом откликается потрясенная Ханна. – Это как?

– Да бог его знает. Он пригласил «влиятельную личность» – Котичку Смит с Ютьюба. И местную прессу. И нам всем велено прийти «гламурными и утонченными». Джейк сотрудникам целую лекцию прочитал. Морэг, бедняжка, чуть не вырубилась.

– Ну, у тебя вид вполне гламурный и утонченный, – великодушно говорит Ханна, и я ухмыляюсь, закатив глаза. Волосы я уложила, но о том, чтобы раскошелиться на новое платье, не могло быть и речи, и поэтому я в темно-зеленом, которое надевала на свадьбу Николь.

– А что твоя мама думает по этому поводу? – спохватывается Ханна. – Не слишком дорого?

– Мама отнеслась спокойно, – пожимаю я плечами. – Говорит, это на усмотрение Джейка, вреда не будет.

Я стараюсь подавить чувство, словно меня предали. Маме я звонила пару недель назад: грандиозный размах Джейка меня встревожил. Я надеялась, что она со мной согласится и притормозит его. Но она только беззаботно ответила:

– Брось, дорогая, он наверняка знает, что делает.

Настаивать и огорчать ее не хотелось. И вот результат.

– Красный ковер, – кривит губы Ханна. – Прямо на входе.

– Знаю. Джейк говорит, что это для снимков.

Я смотрю на Ханну, закусив губу, и внезапно меня разбирает смех. Правда, до чего нелепо! Хотя, может, мама права – просто мы ничего не понимаем в раскрутке?

– Они с Николь тут все переделали, – добавляю я. – Настояли, что так «круче». Ты в курсе, что Николь будет тут проводить занятия по йоге?

– Я получила от нее письмо, – кивает Ханна. – Честно говоря, удивилась: зачем в «Фаррз» йога?

– А я о чем! Но у нее нашлось полдюжины подружек, которые хотят заниматься. Теперь она разбирает стенды и вообще все разносит. Они с братцем снесли половину секции пищевых контейнеров, товары для варенья вообще выкинули, а Джейк еще натаскал огромных садовых фонарей, которые импортирует кто-то из его друзей. Фонари есть, а садовой секции нет! – Мой голос дрожит от возмущения. – Зачем нам эти штуковины вместо нормальных товаров из пластика?

– Знаю, – сочувственно отзывается Ханна, и я спохватываюсь, что пару дней назад ей уже жаловалась. – Но тут ничего не поделаешь, верно? Выкинь это из головы, Фикси. Просто наслаждайся вечером. – Она поднимает мой бокал. – Райан придет?

– Сразу после работы, – киваю я.

– И как у него дела? – Она многозначительно поднимает бровь.

– На работе? Или у нас с ним?

– И то, и другое, – говорит она. – Все.

– У нас все прекрасно, – твердо заявляю я. – Мы как старая супружеская пара.

Чистая правда: за последние недели мы очень сблизились. Все получается так естественно и мило. Я знаю, что два-три раза в неделю он остается у меня. А наши отношения…

Ну ладно.

Конечно, это не совсем то, что я себе представляла. Мы гораздо реже, чем мне бы хотелось, занимаемся сексом. Был тот самый первый раз, а потом… Так, время от времени. Иногда накатывало. В общей сложности пять раз. За месяц.

А все потому, что с Райаном нужно обращаться очень бережно. Его надо исцелять. В его жизни была тяжелая, унизительная полоса, неудивительно, что у него упало либидо. Это совершенно нормально (я гуглила). Последнее, чего я хочу, чтобы его это задевало или тревожило. Так что я и рта не открываю. Просто забочусь о нем и всячески его поддерживаю. Вкусная домашняя еда, обнимашки, и еще постоянно его выслушиваю.

– А работа? – допытывается Ханна.

– Когда как, – признаюсь я. – Там не все гладко. Борьба за власть в офисе.

– Борьба за власть? – У Ханны расширяются глаза. – Что, уже?

– Между нами, – понижаю я голос, – но его босс – тот парень, которого я встретила, – ревнует к Райану. Он утверждал, якобы ему нужен кто-то с жизненным опытом, но на деле оказалось, что это не так. Ему подавай лупоглазого новичка, которого можно шпынять и строить. Мерзко это.